Записки начинающей регентши. Часть 2 - В свободном полете

В свободном полете

Ещё до окончания регентских курсов мне сообщили, что в один из храмов требуются регенты на будничные службы и предложили пообщаться на эту тему с главным регентом храма Ю., которая в своё время тоже училась на наших курсах.

Я раздумывала, смогу ли я вот так пускаться в «свободный полет», и начинать проводить службы самостоятельно. Преподаватель говорила, что надо начинать. Меня также смущала мысль, как я буду совмещать это с основной работой. Разум говорил нет. Но словно какая-то сила заставила меня позвонить Ю. Мы договорились о встрече и  после выпускного и отдания Пасхи у меня были запланированы две самостоятельные литургии в новом для меня храме. Певчих я могла взять своих и предлагала нашим девочкам. Они любезно соглашались.

В день, когда служили отдание Пасхи, я поделилась этой новостью с Н.С., сказав, что всё же страшно так вот одной начинать. Она не стала переубеждать меня, а наоборот сказала, что да, это действительно не просто. Но иного пути стать хорошим регентом нет, а только методом проб и ошибок.    

Не обошлось из без ряда искушений-соблазнов при выборе произведений. И тут см. статью «Регенту на заметку». Хотелось взять что поинтереснее – греческая «Херувимская» и Афонская «Милость мира» казались уже скучными. Но разум восторжествовал! Я старалась пока не особо резко вносить разнообразие. Тише едешь – дальше будешь.

Я столкнулась также с трудностью выбора певчих. Хотелось позвать всех наших девочек, но приходилось выбирать. В итоге, Господь Сам все управил. Кто был запланирован изначально не смогли по какой-либо причине, либо дата службы оказалась не та, которую хотели и как-то состав сам собой утвердился. Всё время до службы я переживала и боялась оказаться без певчих, мало ли что, заболеют, забудут. Одной петь совсем не хотелось. За день до службы я напомнила певчим про службу, удостоверилась, что всё в порядке, замену искать не надо.

Будничная литургия. В храм я пришла за полчаса до начала чтения часов, которые нужно было читать самой. Всё нужно делать самой, в том числе возглашать прокимен и читать Апостол. Последнее я не делала никогда. Как ни странно, но именно к этой части службы я более готовилась, читая дома положенный текст Апостола, и более волновалась, чем за само регентование.

И не было удивительно, что когда в храме пришло время возглашать прокимен, я словно ждала этого самого возглашения от кого-то ещё, будто сейчас вот, вот из неоткуда появится чтец. Но он не появился. Помогла певчая и опытный регент, которая пришла поддержать меня. Она первая возгласила прокимен. Затем очнулась я и далее возглашала сама. С Апостолом тоже было весело. Я хотела начать читать сразу с начала положенной главы, не зная, что нужно всегда вначале произнести слова, которые под звездочкой.

Мы пели службу на три женских голоса. Большой храм в центре Москвы. Акустика шикарная! Звучим здорово! В храме большой свет не включали, и тихая литургия сопровождалась лишь светом клиросной лампы и попадавшего через окна лёгкого света летнего утреннего солнца.

Я ощущала себя словно в тумане и, казалось, делала всё на автомате. Как хорошо, когда у тебя певчие, за звучанием которых следить особо не надо, спетый и подходящий друг другу состав.

Прихожан практически не было. Причастников не было вообще. Как это было для меня не обычно, когда священник не дал возглас перед причащением. Я даже растерялась и не поняла, что уже нужно отвечать на возглас после причащения. Помогла снова певчая-регент.

Ощущения в целом были немного иные, чем, когда проводишь службу в рамках учебного процесса, при поддержке преподавателя. Теперь становится ещё более явным, насколько регент ответственен за всё, что касается пения, последования службы, быстрой реакции на неожиданные возгласы священника. Но и не было при этом какого-то сильного волнения или страха, как могло быть в случае проведения службы первый раз в жизни. Поэтому ещё и ещё раз хочется благодарить священников храма Девяти Кизических мучеников и преподавателей курсов за такую неоценимую возможность регентской практики. Именно, когда вступаешь на самостоятельный регентский путь, становится по настоящему ясна ценность и важность такой практики.

Читать далее:
Строгий священник

Иллюстрация: картина худ. В. Муравьева «В свободном полете»

Записки начинающей регентши. Часть 2 - Регенту на заметку

Регенту на заметку

        Хочется поделиться некоторыми выводами, которые я сделала для себя в процессе начальной регентской практики.

1. Никогда не стоит брать песнопения, пусть даже самые простые, но если их не знает кто-то из певчих (за исключением, если ситуация позволит вам попросить незнающих певчих помолчать). И особенно, если вы сами этих певчих первый раз в жизни видите и не знаете их способностей. В такой ситуации даже простейшая Афонская Милость мира может прозвучать грязно. Речь опять-таки идёт про певчих, которых нельзя отнести к профи и о людях с большим опытом. С последними бояться нечего, даже если вы их первый раз видите.

Те певчие, которые сами ещё не очень уверенно поют, начинают петь менее уверено в неординарной ситуации, когда видят нового регента. Под новую незнакомую руку они и то, что знают могут петь может и правильно, но вокально напряженно. Поэтому следует брать только то, что они уже точно пели.

Впрочем, это не является каким-то открытием, которое я сделала в процессе регентской практики. Скорее, это ещё раз подтвердилось. И в роли певчей я наблюдала такие ситуации, когда регент (даже опытный) берёт неизвестные песнопения. «Пение с листа» под силу только профессиональному хору и даже там (если хор не спетый) нужны спевки. Можно знать песнопение в плане нот, но при этом не суметь его красиво исполнить. Причины могут быть разные. Это и есть одна из целей спевок – донести дух произведения, его характер, а не просто чисто спеть ноты. 

2. Нужно уметь проявлять характер. И как я убедилась, даже на начальном этапе, даже когда тебя казалось бы может кто-то подстраховать, поддержать. Но этот кто-то должен быть уполномоченным на то лицом, а не своевольничать. Даже если этот кто-то является более опытным регентом, он не должен мешать в процессе новичку. Может человек действует и с добрыми намерениями, хочет помочь. Но его «помощь» будет помощью только тогда, когда об этом просят. Если не просят, пусть не лезет, такая «помощь» только мешает и сбивает ещё больше с толку.

Надо уметь быстро переключаться из роли регента в роль певчего и наоборот. Если на клиросе собралось несколько регентов, у штурвала всегда должен быть только один. Иначе клиросный корабль если не потерпит крушение, то обязательно нарвётся на препятствие. Поэтому если вам мешают таким образом, умейте сказать «нет». Как и в какой форме, нужно смотреть по ситуации. У меня это пока плохо получается, но я учусь. Я поняла, это очень нужно, просто жизненно необходимо для блага общего пения, хорошо проведенной службы. Если вы ошибётесь, это будет ваша ошибка, и она впоследствии даже поможет. Регент, «набивший хороший синяк» на ошибке, вряд ли повторит её в другой раз. А если в ваш регентский процесс будут вмешиваться те, кто по непонятным причинам считают, что имеют на это право, то и служба будет скомканная и научиться вряд ли чему получится. Единственный кто может вмешаться в любое время – это преподаватель (если речь об учебной практике на клиросе). И тут ещё одно наблюдение – именно он не вмешивается, потому что он знает, что человеку нужно почувствовать себя самостоятельным. Преподаватель ведёт себя так, словно его вовсе нет на клиросе и лишь в крайнем случае проявит себя, если увидит вопросительный, взывающий к помощи взгляд регента-новичка. А вот некоторые коллеги почему-то берут на себя роль поучать менее опытного, когда их об этом не просили. Не делайте так сами и умейте дать отпор таким «учителям». Сегодня вы – регент, значит вы решаете, что петь, как петь, в какой тональности. Завтра вы певчий – вы подчиняетесь и не лезете, когда вас не просят. 

3. Данное тоже не будет являться открытием. Но поскольку частенько на эту тему бывают искушения, коснёмся и этого.

Выходит новоиспечённый регент в жизнь с положительным грузом знаний, с тем, как в идеале должно происходить богослужение. И вот начинает он свою практику и сталкивается с реальной жизнью, которая часто бывает не так идеальна, как учили в том или ином учебном заведении. Чаще это касается уставных вопросов. К примеру, регент готовит службу как положено по Уставу. Но вдруг в храме встречается с ситуацией, когда происходит ошибка. Допустим, чтец, а может даже и сам священник возгласил не тот прокимен. Или священник пропустил какую-либо ектению и «перескачил» уже к следующей части службы, а может дал не тот возглас.

Что делать регенту? Регенту нужно быть гибким и не гнуть свою палку, пусть даже если он это делает в соответствии с Уставом. Возгласили иной прокимен, значит нужно ответить именно таким же текстом прокимна. Священник начал иную ектению, значит нужно дать ответ в соответствии с прошением священника, а не тот, который должен был бы быть на пропущенную священником ектению. Если чтецы прочитали там, где должен был петь хор (к примеру, «Сподоби Господи»), не стоит высокомерно показывать их ошибку и повторно петь, лучше продолжить далее по последованию службы. Или наоборот, чтецы что-то не прочитали, запутались, надо уметь подхватить и прочитать за них. 

Главный в храме после Бога – священник, регент в любом случае в его подчинении. И в некоторых случаях регенту приходиться проявлять смирение. Это может касаться и количества стихир, поемых на вечернем богослужении. Если по Уставу положено 6 стихир, то регент может спеть все 6, только если он имеет полномочия сам решать данный вопрос. Но если ему говорит священство спеть 3 стихиры или по каждению, он должен подчиниться. И не регент будет отвечать за «нарушение» Устава. А вот если он начнет проявлять своеволие, то может не получить милости у Господа. Господь сам был смирен и подчинялся даже земным властям и земным законам. Мы должны учиться у Него. То есть нужно уметь разграничить, где я имею власть, а где я должен подчиниться.

Это не касается тех вопросов, где грубо нарушается Устав или заповеди Божии. Я такого, слава Богу, не встречала. Это за рамками данной статьи.    

Читать далее:
В свободном полете

Записки начинающей регентши. Часть 2 - Как мы "отдавали" Пасху

Как мы «отдавали» Пасху

Эх, как же не хочется её «отдавать». На службе отдания Пасхи последний раз поём мы пасхальные песнопения, теперь повторится такое только на следующий год. От этого всегда бывает немного грустно. Мы словно опять окунаемся в обыденность из светлого праздничного периода, а ведь хочется вечного праздника! Но он ещё наступит, обязательно наступит, ведь именно для этого Христос пришёл на землю, был распят и воскрес.

Любое служение в церкви, если оно происходит достойно, невидимо накапливает волшебные «фишки», которые потом могут стать ключом к вечной жизни со Христом, к вечной Пасхе. И регентское дело – не исключение.

Моя учёба в рамках регентских курсов закончилась, но продолжалась практика проведения служб. Это было ещё не самостоятельное регентство в полном смысле этого слова, но уже за рамками учебного процесса. Я просто жаждала этой практики, потому что именно благодаря ей накапливается опыт; это тот самый случай, когда количество переходит в качество. Я не ждала, когда мне предложат провести службу, я выпрашивала их себе сама, зная, что такая возможность предоставлена всем желающим выпускникам. Вот так я напросилась и на проведение службы отдания Пасхи. По Уставу такая служба должна совершаться с предпразднством Вознесения Господня и недели о слепом. То есть чисто пасхального остаётся только начало, стихиры и канон. Когда я просила себе эту службу, я предполагала, что состав её будет именно таким.

Есть ещё иная традиция проведения службы отдания, которую нельзя назвать не уставной, так как она предусмотрена Уставом, только не нашим, а греческим. Это традиция совершения отдания Пасхи пасхальным чином, т.е. аналогично как в первый день Пасхи, без чтения, одно сплошное пение. Так и решили служить в храме Девяти Кизических мучеников, о чём, правда, заранее не было известно.

До моего сознания такой поворот событий дошёл не сразу. Дома я готовила службу с учётом того, что просто могут сократить части, относящиеся к Вознесению, некоторые стихиры. Но всё было совсем по-иному.

Зная, что нас в любом случае ожидает пасхальное начало, т.е. вначале не будет чтения, а сразу нужно будет петь, я особенно спешила в храм в этот вечер. И именно в этот раз меня немного задержали на работе. В храм я пришла уже перед самым началом, хотя клирос был ещё пуст. Один из алтарников сообщил, что служим пасхальным чином, дескать они сегодня «отдыхают» (имея в виду, что не будет чтения). Диакон интересуется, кто проводит службу и как мне показалось, удивляется, когда я говорю про себя.

 - Сейчас уже начнем пасхальные часы, – говорит дьякон. «Какие часы, – думаю я, у меня петь некому». На клиросе только я и парочка учеников с певческого отделения. Но вот, наконец, приходит Н.С. и остальные певчие. Я стою перед аналое и совершенно не соображаю, как готовить службу, какие книги открывать. Ясно одно – красненькая со службой Пасхи точно нужна. Поэтому открываю её на часах, а там посмотрим. Я впервые ощутила на себе, как оказывается трудно без богослужебных указаний. Тот самый случай, когда службу нужно составить из ничего.   

Возглас. Поём часы. Великая ектения. Н.С. отлучается. Впереди «Господи воззвах», а я не знаю, что там петь. Но именно по этой причине и уходила Н.С. Вернулась она с распечаткой воскресных стихир 1-го гласа, которые поются в первый день Пасхи. Аналогично по традиции поют и на отдание. И, конечно же, стихиры Пасхи.

Ноты «Свете тихий» я не успела приготовить и на вопросительный взгляд Н.С. просто сказала «простое» и открыла текст в последовании. Слава Богу, певчие не растерялись. Хоть и песнопение простое, и все его могут прекрасно спеть без нот, но иногда сам формальный факт отсутствия привычного перед глазами может сбить с толку. Не в этот раз!

Стихиры Пасхи я показывала первый раз, долго тренируясь перед этим дома. Служил сам настоятель, который любит быстрый темп, поэтому Н.С. дала мне об этом знак, и на утрени я уже показала стихиры быстрее. На каноне Пасхи я еле успевала петь и дышать, и махать, темп пришлось задать очень быстрый. В итоге я не смогла дать тон на «Всякое дыхание», поскольку мне просто нужна была хоть небольшая пауза. Дав тонику, я «сдулась», поняв, что мои связки в данный момент не в состоянии выжать ноту для сопрано, но меня спасла Н.С.

После службы было состояние «а что это сейчас было». Я очень устала, но при этом было радостно на душе ведь я, можно сказать, провела Пасхальную службу пусть в сокращенном варианте.

Читать далее:
Регенту на заметку

"Записки начинающей регентши" единой книгой

Блок рассказов и статей «Записки начинающей регентши» теперь единой книгой.

Материал может быть интересным для начинающих певчих, регентов и для тех, кто размышляет над вопросом пения на клиросе. Опытным клирошанам тоже будет полезно почитать, чтобы вспомнить, как это было.   

Записки начинающей регентши - Прощаться не надо торопиться

Прощаться не надо торопиться

Вот и закончила начинающая регентша свои курсы. Но впереди открывается новая самостоятельная регентская жизнь.

По окончании курсов вручили красное свидетельство, что тоже почему-то приятно. Замечательно прошёл выпускной экзамен! Помимо произведений, которые мы дирижировали, мы подготовили песенный концерт-капустник, который вызвал даже бо̀льший восторг у преподавателей и присутствующих, чем сами наши произведения. Нам пелось так легко и непринужденно. Я вдруг почувствовала, что мне очень нравится выступать, это заряжает, когда тебе с восторгом аплодируют, кричат «браво». Начинаешь понимать, что чувствуют артисты на сцене. Так что, если вам вдруг понадобится капустник на регентском выпуске, можете обращаться к нам, мы приедем и выступим J

  За несколько недель до выпускного, мне нужно было посоветоваться по одному вопросу с настоятелем храма, отцом А. Я с ним не была знакома, он меня не знал. В день, когда я застала его в храме, я подошла к нему и нужно было как-то представиться:

- Здравствуйте! Я студентка регентских курсов – говорю я.

- Сочувствую! – отвечает отец А. – Дай я тебя обниму. И обнимает. – Ну а чем я вам могу тогда помочь? Это надо к Роману Сладкопевцу, – говорит настоятель, осматривая храм, – ну его иконы у нас нет, значит тогда к преподобному Сергию обращаться – добавляет также батюшка, указывая в сторону, где висела икона преподобного.

Это было так удивительно! За какие-то считанные минуты я почувствовала, будто знаю этого человека всю жизнь, хоть мы и первый раз виделись. Отец А. также очень внимательно отнесся к моему вопросу и уделил достаточно времени.

Конечно, я переживала за свои экзаменационные произведения. Просила молиться за меня, брала благословение. С этим был связан ещё один интересный момент.

С недавнего времени в храме, где я пою, появился один необычный человек, от таких по началу все шарахаются или сторонятся. Но поведение его я бы описала, как блаженного. Как выяснилось позже, таковым его многие считают, просто в нашем храме видно ещё не все это поняли. Он – большой молитвенник, это видно и во время службы. Удивительно также, что говорит он очень непонятно, но на возглас священника в храме «Христос воскресе» он совершенно чётко и внятно отвечает «Воистину воскресе». Так же внятно он поёт и «Символ веры».

За день до экзамена я попросила его помолиться за меня. Прихожу на следующий день на службу, наши взгляды встречаются, мы приветствуем друг друга, и он даёт мне висевшую у него на груди икону преподобного Сергия, чтобы приложиться. Кто разумеет, тот разумеет.

Наша преподаватель по дирижированию просила нас подготовить небольшой текст, повествующий о произведении, которое мы будем дирижировать, его авторе. Могли ли мы подумать, что именно за эту часть будем больше всего волноваться. Я же, понадеялась на свою память и красноречие (ой, его же у меня совсем нет), решила, что в процессе соображу, что сократить и не говорить из написанного на бумаге текста. В итоге я так разволновалась, что в голове была такая пустота и совсем не знала, что дальше говорить, даже неверно назвала распев своего произведения. Пришлось просто читать кусок текста и что-то из планируемого не было сказано.

Сам процесс дирижирования перед публикой трудно описать. Скажу честно, службу провести легче. Потому что на службе совершается реальное богослужение, происходит реальное общение с Богом, здесь и сейчас. А концерт, есть концерт – это своего рода показательное выступление, рассчитанное на публику. Бог – Он не публика и прихожане тоже. На клиросе – совсем другая ситуация. Поэтому так опасно превращать богослужение в концерт.  

А капустник наш всё же произвел нужное впечатление. Люди стали говорить, что захотели учиться на этих курсах.

Впрочем, мы и сами не заканчиваем нашу учебу. И если Бог благословит, мы все встретимся и на следующий год. 

Одна из песен нашего капустника (на мотив песни «Когда уйдем со школьного двора»)

Не будет больше наших вечеров

Под звуки милой сердцу нам молитвы.
         Уйдем, но жечь не будем мы мостов,
         И не закроют дверь нам на засов,
         Ведь ждут учителя нас у калитки.

Не будет больше наших вечеров

Спасибо, что конца урокам нет,

И петь мы можем лучше, чем обычно.

А жизнь – она особенный предмет,

И смотрим мы прошедшим дням во след,

Стараемся сдавать мы на отлично.

Спасибо, что конца урокам нет.

А Храм родным нам стал за этот срок,

Здесь прожито и понято немало:

То голос робок, то совсем замолк,

Но наш учитель знает в этом толк.

И если вдруг смиренье запропало,

Приходим мы все вместе на урок.

Для нас всегда открыта эта дверь,

Прощаться нам не надо торопиться,

И не забыть стихир любимых трель,

Когда учили несколько недель,

И глас восьмой уже не повторится,

Для нас всегда открыта в Храме дверь.

Читать далее: Часть 2
Как мы "отдавали" Пасху

Записки начинающей регентши - Не бойся, малое стадо!

Не бойся, малое стадо!

Христос неоднократно призывал в Евангелии не бояться. Не бойся, только веруй (Ев. от М, 5: 21-43), – говорил он начальнику синагоги Иаиру, когда тот пришел просить о выздоровлении дочери. Через Ангела говорил Господь Иосифу, чтоб тот не боялся произошедшего с Девой Марией зачатия от Святого Духа (Ев. от Мф, 1: 20); и Захарии, чтобы он не боялся чудного зачатия, случившегося с его женой Елисаветой, бывшей уже не молодой (Ев. от Л, 1: 13). И обращаясь ко всем, Господь говорит: «Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство» (Ев. от Л., 12: 32).

Мы не должны бояться в жизни ничего, если мы с Богом, если мы веруем, если мы доверяем свои проблемы и немощи Богу. Мы можем бояться, если мы надеемся только на себя. Потому что так мы говорим Богу, что мы сами будем справляться, Ты нам не нужен. Но если мы доверяем Богу, если мы веруем, что Он всегда нас поддержит, чего нам бояться? Если мы к Нему обращаемся, то нам нечего бояться. Святые мученики имея такую веру, не боялись идти на страшнейшие муки! Неужели нам бояться каких-то жизненных ситуаций, когда мы ощущаем недостатка собственных сил? У нас есть Господь на такие случаи. А если мы всё-таки боимся, значит веры в нас недостаточно. Но и тогда мы можем обратиться к Богу словами отца беснующегося отрока: «Господи, верую, помоги моему неверию» (Ев. от М, 9: 24).

Все эти слова прекрасно можно перенести на случаи церковного пения и регентования и особенно, и даже более, в тех случаях, когда мы считаем себя неспособными к этому по нашим человеческим соображениям. Но что такое разум человеческий? Разве он соизмерим с разумностью Господа? Мы привыкли оценивать ситуации с нашей человеческой точки зрения. И это нормально, поскольку премудрости Господни нам не понять, лишь малые её частицы могут быть изредка открыты и то не для понимания умом, а скорее сердцем. Поскольку человеческий ум не в состоянии вместить величие Вселенского Разума.

Но с Господом возможно всё. «Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» – пишет апостол Павел. Не я сам могу, а только с помощью Христа, который меня, поддерживает. Это не нужно понимать так, что я сижу на диване, мечтаю, а Господь за меня всё делает. Нет, я прилагаю усилия, я стараюсь, я себя всего отдаю на то, чтобы сделать что-то и тут являет Себя Господь. Видя благое стремление, Он действует в человеке и помогает ему.

Проектируя сказанное на клирос. Человек, к примеру, не имеет никаких с человеческой точки зрения предпосылок для того, чтобы стать хорошим певчим или регентом. Он не заканчивал не то чтобы консерваторию или училище, но даже нет за его плечами музыкальной школы, он даже нот не знает. Но при этом не дает покоя его сердцу желание восхвалять Господа в храме, в церковных песнопениях. Реализация этого кажется поначалу просто невозможной. Тот, который ничего не знает о православии, о Боге и о вере, может покрутить пальцем у виска, сказав: «ну что вы, что за блажь, каждый должен заниматься тем, что умеет, какие глупости». Но практика и премудрость Божия опровергает подобные человеческие высказывания. Ничему и никогда не поздно научиться! И уж тем более такому благому делу, как церковное пение, делу, которое может привести души к спасению. И у нас, слава Богу, предостаточно для таких целей певческо-регентских курсов, где именно такой человек без музыкально образования (да, таких туда принимают) сможет реализовать свою мечту. Надо лишь помнить, что это не мечта ради мечты и ради собственного самолюбия и тщеславия. Мы хотим так угодить Богу, и Он принимает это наше желание и помогает. И тогда происходят чудеса!

Три года назад человек не знал даже нотной грамоты. И вот  через год он поёт, через другой он поёт уверенно, самостоятельно на своей партии, а ещё через год он в состоянии провести простейшие службы. Не чудо ли? Чудо! И такое чудо произошло не только со мной. Таких примеров миллионы! Певчие без музыкального образования бывают, и регенты тоже, их много! Не бойся, малое стадо!  – это тоже про нас. Главное – не бояться, а делать, прилагать все усилия, усердно учиться и всё получится!

Чем больше чувствуем в себе мы страха, тем больше мы должны воззвать к Богу, увеличить нашу веру. И Он придёт на помощь!

Год назад я себе даже помыслить не могла, что я буду регентовать службы. Два года назад мне бы не пришло в голову, что я стану самостоятельной певчей на партии и регент со мной будет советоваться, считаться, спрашивать, что я знаю, давать ноты на разучивание. Три, четыре года назад пение в церковном хоре, в принципе, казалось для меня заоблачным.

И путь этот был тернистый, не скрою. То слева, то справа, то в одном хоре, то в другом всегда были люди, которые говорили «ах, не дано», «ну что с неё взять», или косо поглядывали при малейшей ошибке, и они, такие люди будут всегда. Не слушайте их! Не слушайте никого! Просто слушайте своё сердце, потому что в нём Бог, и идите вперёд! Ведь есть и другие люди, которые поддерживают, которые верят в тебя и таких больше, и им за это огромная благодарность! Впрочем также благодарность и тем, кто нас «терзает» и критикует, недооценивает, потому что таким образом у нас появляется больше стимула трудиться, чтобы опровергнуть точку зрения этих людей, показать им, что с Богом возможно всё.

Для Господа ценен в большей степени процесс, а не результат – я убеждалась в этом ни раз. Святые не стали бы святыми, если бы не стремились к святости. И святость она от Бога, а не от человека. Небо больше радуется об одном кающемся грешнике, чем о тысячи праведниках, потому что он стремится стать другим. Ошибки на службах – они будут всегда, это человеческий фактор. Даже если мы умеем прекрасно и чисто петь, ошибки могут быть из-за невнимательности, к примеру. Ошибки случаются даже у опытных профессиональных регентов. Мы должны думать о процессе пения, проведения службы, об этом заботиться больше, а не о том, какая в итоге вся служба получится, спасибо мне любимой. Все наши такие прекрасно спетые службы, как результат нашего тщеславия, не приятны Богу. Любой Ангел в единственном лице споёт лучше любого даже самого прекрасного человеческого хора. Поэтому не надо смущаться ошибок, не надо их бояться. Они нужны нам для смирения и для дальнейшей работы над собой, как клиросного служителя. Как при грехе пошли покаялись, так и тут, не будем зацикливаться на ошибке в пении, регентовании, примем к сведению, для опыта и идём дальше.   

И самое главное – отбросить всяческий страх. Страх может настигнуть нас перед началом службы или после некой непредвиденной ситуации в процессе службы, но надо с этим бороться и не пускать страх в своё сердце. Делается это с помощью молитвы, призывания Бога, общения с Ним. Иначе Христос нам говорит, как кода-то ученикам: «что вы так боязливы, маловерные» (Ев от Мф, 8: 26). Опять мы встречаем эту параллель: страх и вера. Есть вера, не должно быть страха. А если страшно, значит недостаточно веры.

Все приведенные выше примеры с призывами Христа не бояться относились к неординарным ситуациям, когда обычно человек боится: болезнь близкого, разыгравшаяся стихия или то, что человеческий ум считает невозможным. Так и у нас происходит, у тех, кто не может полностью положиться на себя, на достаточность музыкальных знаний, умений, опыта. Разве не поэтому мы боимся? Мы осознаем, что ещё не достаточно хорошо умеем петь или регентовать, прошло ещё очень мало времени. Но Господь ведь может всё это и Он помогает, если мы обратимся. Более того, Он промыслительно ставит нас в такую ситуацию, когда нам приходится бояться, чтобы мы воззвали к Нему о помощи. Он ведь любит нас и хочет постоянного общения с нами. Если мы сами забываем про Бога, то пусть хоть через подобные ситуации будем о Нём вспоминать.

Читать далее:
Прощаться, не надо торопиться

Записки начинающей регентши - Через неудачные службы Господь учит смирению

Через неудачные службы Господь учит смирению

Только восторгалась я лёгкости проведения служб в период попразднства Пасхи, как наступил снова момент осознания своего ещё очень низкого регентского уровня. Впрочем, я догадываюсь почему. Господь любит нас и моментально вмешивается в ситуацию, ещё раньше, чем мы это сами в состоянии понять: эй, друг, что-то ты тщеславишься, дай-ка я тебя смирю немного. И слава Богу! Ведь не зря святые отцы Церкви пишут, что хвалить человека – вредить ему. А когда после очередной проведенной службы ты слышишь эти самые похвалы, то совершенно непроизвольно заползают в душу тараканы тщеславия.

Так вот и идет жизнь начинающего регента, впрочем как и наша жизнь, – состоит из взлетов и падений. Почему, правда, такое падение произошло на службу моей святой, как-то я немного недоумевала.

Но покопавшись внутри себя, могу с уверенностью себе сказать: «ты решила положиться на себя, подумала, вот сейчас мы такую службу сбацаем, всем службам будет служба. Будет все неторопливо, красиво и молитвенно». А всем известно, куда строится дорога благими намерениями, основанными на собственном «я».

Мне сообщили, что служить будет неторопливый священник, который любит, что поют медленно и благоговейно. Я радовалась и думала, что наконец-то не будет гонки в пении. Но вместо этого дьякон попросил нас сократить всё, что только можно было сократить в плане количества пения. Я планировала петь стихиры на подобны, но и от них пришлось отказаться по причине того, что они «затягивают» службу. Да, конечно, это же целых лишних минута, две, если спеть на «Егда от древа» вместо обычного 2-го гласа. Я рассчитывала, что петь мы будем в одном составе, оказалось, что немного в ином, что также повлияло на чистоту пения. При всём этом я сама периодически тупила, как никогда раньше: надо петь блок тропарей после «Аминь», а я медлю с тоном и искренне не понимаю, почему сейчас надо петь тропари, разве не ектения должна быть сначала. Несколько минут в упор в Триоди не могла найти стихиры на стиховне: словно они спрятались от моих глаз (к счастью, не в момент, когда их надо петь). Руки были такие, что будто они не мои, и совершенно меня не слушались, показывала я плохо в этот раз, сама начинала петь раньше своей руки. В общем смирихся до зела. И слава Тебе, Господи! Ты так вразумляешь мой гордый ум. Падать потом не так больно будет.

Можно планировать всё, что угодно, подготовиться так, что лучше казалось бы некуда, а всем всё равно Господь управляет, и как произойдет на самом деле, Ему Одному только и ведомо. Смирения, смирения не хватает, не знаю, как кому, а мне точно.

И когда же ещё учиться смирению, как не на службе своей святой, которая была примером смирения и любви Господу.

Читать далее:
Не бойся, малое стадо!